Непостоянство жизни.

Это не рассказ, а просто заметка об одной из моих книг….— Книге, которая выбивается из общего ряда того, что я делаю... — это сконцентрированная ирония, копившаяся несколько лет и заключённая в 246 страниц печатного текста и 47 иллюстраций.

*** 

Сегодня всем некогда.

Ритм жизни ускоряется.

Нет времени разбираться в переплетении событий и чувств.

Сопереживать стало очень расточительно.

И основной принцип литературы — чему-то учить, будоражить, вызывая сложные эмоции — завлекать интересным сюжетом, неожиданной концовкой — возможно, быть больше, чем жизнь — постепенно сходит на нет.

Современному человеку это почти не нужно…

Ему бывает достаточно прочесть две-три строчки, а лучше одну, ещё лучше — слово. Получить свой короткий, но мощный эмоциональный заряд…

И…

Побежать дальше.

Теперь, как никогда раньше, в моде краткость.

Сегодня она уже не сестра… — сегодня она жена таланта. — Самолюбивая властная жена, диктующая свои условия.

Но не будем о грустном…

Намного лучше просто взять и улыбнуться…

Подарить себе несколько минут радости…

Почувствовать себя свободным от проблем…

Иногда это требуется каждому…

Ради этого я приглашаю вас на страницы новой книги…

Собранной из осколков моей разбитой души…

Преобразованных в короткие (и не очень) фразы, включающие в себя не менее 1000 забавных мыслей, копившихся несколько последних лет.

Все они очень дороги мне…

Оказалось, что я тоже люблю короткие эмоции…

И я тоже улыбаюсь…, если они оказываются интересными…, получив от них мощный эмоциональный заряд.

Материя и сознание...

О первичности материи или сознания спорить глупо...

Представьте...

Идёте вы по улице, а поперёк дороги лежит человек без сознания.

Обычное дело.

Каждый человек по тем или иным причинам иногда теряет своё сознание, но, прошу заметить, никуда при этом не исчезает и не перестаёт быть собой (кстати, нормальный факт, подтверждающий глупость такого спора). – Лежит себе и лежит, как бревно – несколько десятков килограмм бесполезной материи...

А вы, как добрый и ответственный гражданин, конечно же постараетесь привести его в чувство, попробуете расшевелить это бессознательное тело, попытаетесь помочь ему снова осознать себя...

И... 
Он откроет глаза... 
Посмотрит на вас удивлённо, а в его взгляде появится осмысленность....

И в этот момент вы поймёте, что нет никакой первичности или вторичности – всё возникло и существует одновременно, и существовало всегда – и материя, и сознание... А при соединении этих понятий и получилось уникальное существо – человек разумный – хомо сапиенс, к которому, без всякого сомнения, относитесь и вы...

А человек, лежащий перед вами, по сути, ничего и не терял. Он просто отпускал ненадолго своё сознание на перезагрузку... Возможно, к Творцу, который когда-то и создал всё по своему образу и подобию – совместил несовместимое – вдохнул сознание (читай душу) в кусок бесчувственной плоти, сделав его (в чём-то) подобным себе ...

А когда человек, валяющийся у ваших ног, начнёт шевелиться и попытается встать..., вы конечно же поможете ему... Спросите:

- Как ты друг...!

И он ответит:

- Пошёл на х&й!

КРЫСЫ (притча)

Многим они не нравятся, многие их боятся, об их хитрости и коварстве известно всем. Возможно, они умнее многих животных. Есть мнение, что они вообще не с этой планеты, поскольку учёные не видят их прямых предков в цепочке эволюции. А если вспомнить, что крысы любят путешествовать, забираясь в трюмы кораблей, можно подумать, что учёные действительно правы….

А ещё…, эти твари умеют предсказывать будущее….

Вот об этой их последней особенности и пойдёт речь.

КРЫСЫ (притча)

Любой моряк, любого корабля знает, что от крыс в трюме корабля избавиться нельзя. Возможно, это и не стоит делать. Крысы — это ещё один, пусть косвенный, но показатель надёжности. — Они словно чувствуют приближение опасности, словно видят ближайшее будущее, и всегда сами покидают корабль, не дожидаясь наступления катастрофы. Если в трюме нет крыс — жди беды.

Но это всего лишь присказка.

Сама притча ниже…

Время нам не принадлежит

Когда мы молоды, мы не думаем о прошлом, всерьёз не думаем о будущем, несёмся куда-то, торопимся жить, и нам кажется, что время ползёт как черепаха.

В зрелом возрасте - всё не так.

Черепаха становится конём, время ускоряет свой бег, нам его не хватает и мы...

Врываемся в будущее, считая, что оседлали само время, иногда, пришпоривая его, изредка оглядываясь назад ..., но ненадолго - в прошлом нет ничего, кроме ушедших событий... А если они не связаны с настоящим, то и ничего значительного нет...

И ...

Мы опять несёмся вперёд…. минуя зрелость..., не замечая, как стремительно проходит наша жизнь и приближаемся к старости.

Нет, мы ещё достаточно сильны и списывать со счетов нас в общем-то рано. Мы ещё многое можем, но только уже никуда не спешим.

Мы уже в том будущем, куда всегда стремились, и не беда, что оно оказалось не совсем таким, как представлялось когда-то.... Сожалеть по этому поводу смысла нет – всё равно ничего изменить нельзя, всё уже сложилось давно, а на серьёзные перемены не хватит ни времени, ни сил. Да и желаний, по большому счёту, тоже уже не хватит... Не так-то много осталось их у нас. А те, что остались, почти все превратились в привычки, которые, хоть и очень важны, но всего лишь мёртвые наслоения, скрывающие настоящую жизнь. И это слегка напрягает, заставляя всё чаще и чаще оглядываться назад, устремляя свой взор туда, где когда-то события были волнующими и без остановки сменяли друг друга, где всё было новым, где молоды были мы, где нам хотелось всего и сразу... – в своё прошлое...

И... 
Мы тормозим, останавливаемся, разглядывая, смакуя, переживая заново события, которые давно ушли....

А время не стоит никогда, оно летит, несётся, как и прежде вперёд и не ждёт никого... 

Задумаешься об этом, и сразу становится ясно - время нам не принадлежит ...

За него можно пробовать ухватиться, ускоряя своё движение по жизни, но силы уже не те, их надолго не хватит, хватка с каждым днём слабеет и приходится признать, что...  
Мы уже выпали из временного потока, перестали двигаться в его ритме и одновременно с ним …. 
И время ускользает, вырывается из наших слабеющих рук, уносится дальше..., а мы ... 
Даже не замечаем, как исчезают целые дни, недели и месяцы - мелькают, проскакивают мимо, пока мы стоим, повернувшись к убегающим событиям спиной, пока смотрим на прошлое - на то, чего уже нет давно ...

И внезапно... кончается всё...

Наступает момент, когда всё наше время уходит, исчезая где-то вдали окончательно...

И мы отстаём навсегда...

И, к своему удивлению, вдруг сами становимся прошлым...

Частью ушедших событий..., в которых для тех, кто всё ещё движется вперёд, ничего важного нет.

Сказка о грустных рыбах...

НЕ СМЕШНО.

Встретились как-то две рыбы посреди ручья и стали жаловаться на свою горькую судьбу.

И чего только не вспомнили.
И отходы с ближайшей фабрики, что загрязняли ручей. И что водорослей стало меньше и от этого почти нечем дышать, и что ручей почти обмелел, а пропитание становится добывать всё трудней. Пожаловались друг другу, что на нерест не плавали уже очень давно.
И так им стало грустно, так тошно, что перестало хотеться жить.

- Нужно что-то менять,- сказала одна рыба другой.

- Но мы маленькие и ничего не можем изменить.... Разве... попробовать развеселиться и забыть на время о своей беде,- ответила вторая рыба.

- Точно...,- поддержала первая рыба,- и менять ничего не придётся, и сможем отвлечься от своих проблем.

И они решили пошутить.

"Швабра и метла"

(не самая весёлая, а в чём-то даже немного жестокая сказка)

В полуподвальном помещении жилого дома, в дворницкой, в каморке под лестницей, жили Швабра и Метла.

Жили дружно, пока не пришла осень.

И в один из дождливых осенних дней, вернувшись с уличной работы, дворник поставил в каморку под лестницей мокрую и грязную Метлу вплотную к чистой и опрятной Швабре.

Нужно добавить, что Швабра была достаточно молодой, с гладкой ручкой, густой светлой щёткой, никогда не работала на грязной улице, а исключительно в тёплой и сравнительно чистой дворницкой. Метла же наоборот, только на панели и работала. Она уже не была молодой. Её пучок прутьев, привязанных к ручке, изрядно поистрепался. Её ручка была прожжена во многих местах — курящий дворник, гасил прямо об неё свои окурки.

Когда дворник вышел из каморки, Швабра, стараясь быть учтивой, сказала Метле:

— Извините, вы не могли бы подвинуться. Вы намокли на улице под дождём, на ваших прутьях листья и грязь, возможно, вы не видите, но вы мочите и пачкаете мою щётку.

— Знаешь что подруга, пока ты тут стояла без дела, я на улице пахала, как проклятая, тебе нужно, ты и двигайся.

Так говорить было очень нагло со стороны Метлы.

И хотя Швабра всегда считала себя девушкой порядочной, но сдержаться она не смогла.

— Ах так, тогда получай сука! — закричала она и что есть силы, отбросила метлу в сторону.

Метла не смогла удержаться на месте. — Упала. Закатилась в тёмный угол…. Она очень устала и решила ничего не отвечать Швабре. Решила и не вставать.

А через минуту в каморку вернулся дворник.

Оказывается, он вовсе не закончил работу на улице в этот день.

Осенью там было работы много.

В это время года, можно было работать сутками, а переделать всё не было никакой возможности, а наш дворник работать любил. — Жил он один и ему, кроме как работать, делать было особенно нечего.

В дворницкую он возвращался немного согреться и, надо отдать ему должное, согрелся, как следует. — Теперь наш дворник был прилично пьян.

Своей огромной ручищей он схватил Швабру — первое, что попалось ему под руку, и вышел из каморки.

В первый момент Швабра ничего не поняла.

Она подумала, что человек решил сделать уборку в дворницкой, но когда он вместе с ней вышел на улицу, до неё стал доходить весь ужас происходящего.

— Перепутал, — шептала она. — Меня с этой Метлой перепутал. И ведь не объяснишь, не образумишь, он очень пьян, ничего не соображает, да и говорим мы на разных языках.

ПЕРЕМЕНЫ.

Недавно я рассуждал о переменах. - О том, что, как мне кажется, скоро изменится всё.

Почему я так решил?

Что это всё?

Остаётся загадкой.

Скорее всего, это ощущения, основанные на обрывках информации крутящихся вокруг, на смутных образах и предчувствиях.

Другими словами, моё заявление не основано ни на чём.

Просто так показалось.

С другой стороны, вряд ли кто-то может сказать, что перемены невозможны в принципе.

Наоборот, многие скажут, что ждут перемен, что чувствуют их приближение, знают, что очень скоро изменится всё.

Всё не в глобальном смысле – тайные замыслы богов нам неизвестны. – В маленьком своём, бытовом смысле – перемены в личной жизни, в своём окружении, в том, что касается нас.

Скорее всего, в лучшую сторону..., ведь всё, что ни делается – к лучшему, но, возможно, и нет.

Но всё-таки, что же такое перемены?

И вот тут нашлась забавная аналогия.

Помните переменки? - Короткий отрезок времени между уроками. Их у каждого из нас были тысячи.

Если смотреть на перемены с этой стороны, то получается, что это ни что иное, как пауза между событиями, где не происходит ничего.

Выходит, что стремясь к переменам, мы пытаемся закончить текущее событие и попасть в область вне событий. - Туда, где новое событие ещё не сформировано, в область полной неопределённости.

Но оказавшись там, мы не можем знать, чем это закончится. Мало того, мы не можем знать, когда это закончится и закончится ли вообще.

А вдруг новое событие так и не сформируется?

В каком "где" и "когда", в этом случае, окажемся мы...?

Страшно...?

Мне иногда бывает тоже...

Зато теперь становится ясно..., почему многие так боятся перемен.

***

МОИ КНИГИ В RIDERO

МЫСЛЬ МАТЕРИАЛЬНА.

Однажды он увидел, что стоит ему подумать о чём-то хорошем или плохом, как почти сразу становится чуть лучше или хуже, в зависимости от знака его мысли.

- Мысль материальна! – воскликнул он и обратил на это внимание родственников и друзей.

Но никто ничего не заметил.

Правильно, подумал он. – Заметить сложно. – Маленькая мысль, незначительные изменения и касаются они только меня. Нужно взять мысль покрупнее….

И он выдал такую мысль.

И снова неудача….

Мысль оказалась слишком громоздкой, малоподвижной и разноплановой, труднодоступной для понимания, не имеющей ни чёткого положительного ни отрицательного значения, в чём-то блокирующая сама себя.

- Вот ведь хрень! – опечалился он, но ненадолго.

И стал запускать мысли попроще.

Раз, другой, третий….

Всё не то….

Месяц, два…, три…, год….

Удовлетворения не было.

Иногда ему казалось, что некоторые его мысли близки к идеалу и действительно влияют на окружающий мир. Но иллюзии быстро исчезали, мысль забывалась, а влияния, пошатнувшие равновесие этого мира (если такие были вообще), быстро теряли значения, и всё возвращалось в исходное состояние.

Это напрягало…

Он не видел в чём тут подвох и пробовал снова и снова…. Как одержимый, одну за другой выдавал новую мысль.

В какой-то момент ему показалось, что всё зря… и сделать мир лучше или хуже одной только силой своей мысли для него – увы…, невозможно.

Он почти отчаялся, почти поставил крест на своём начинании, но…

Появился человек и купил одну его мысль. И не просто купил, а запустил её в большой мир через громадные усилители и сразу во многих местах, и…

Сработало!

Пришёл второй человек и тоже купил.

За ним третий и…

Пошло, поехало….

Вот это другое дело, к чёрту сомнения, думал он, щурясь и потирая руки от удовольствия, чувствуя всю полноту материальности своей мысли.

Штамповщик

Ни отсутствие денег, ни сложные ситуации, ни кто-то из окружающих людей – не способны загнать нас в полную задницу пока мы этого не позволим сами.

Он всегда это знал и никто не смог бы убедить его в другом. И пусть он не был богат, но всегда считал, что это не главное, что всех денег не заработаешь, а на кусок хлеба с маслом заработать можно вполне.

Так он и жил. Работал на заводе, звёзд с неба не хватал, но был доволен и счастлив. Ведь что человеку для счастья нужно? – Не так уж и много. – Быть сытым, одетым, обутым, иметь крышу над головой, семью и детей, любить и чувствовать, что любим.

Так у него и было, пока в один из дней не случилась беда. Завод, на котором он работал, провёл модернизацию и болванки, что штамповал он, стал  штамповать робот, а он оказался не у дел.

Сначала это не показалось ему трагедией. Робот, так робот, думал он. – Руки у меня на месте, опыт работы штамповщиком приличный, а заводов много – где-нибудь да пригожусь. Но всё было не так просто. Рынок диктовал свои условия. В погоне за конкурентами и ради снижения себестоимости все заводы тоже установили роботов, а люди, штампующие болванки, были сокращены.

Нужно менять профессию, понял он, и недолго думая, взял и переквалифицировался на жестянщика, но он был не один такой. Все штамповщики города и не только они, пытались сделать примерно то же самое, и всех их, как и его, ждало только разочарование. – В новой профессии у них не было опыта, а значит, в конкурентной борьбе за место под солнцем у них почти не было шансов.  – Любой специалист без опыта – не очень-то и специалист, а в нынешней  экономической ситуации он не нужен никому нигде и даже даром.

Ладно, решил он. – Проблема серьёзная, но хрен сломаете, варианты есть – вахтовый метод – комплектовщик-стикеровщик на оптовый склад. Но и тут всё было непросто. Проблема заключалась в том, что он был гражданином своей страны, а на большинстве складов и не только на них – везде, где не требовался квалифицированный труд, уже давно работали гастарбайтеры. – Они не любили таких, как он, загружали сверх меры, старались выдавить из коллектива, пытались подставить…. Но он выдержал, справился, вписался в чуждую для себя среду, отработал два ужасных месяца вахты от звонка до звонка. Вернулся в большой мир с надеждой получить законную зарплату, решить с её помощью часть проблем и подрядиться на вахту снова.

Стальные яйца.

Лично я всегда считал, что это такая аллегория.

Мол, если тебе всё нипочём, и ты не боишься смотреть опасности в глаза – у тебя стальные яйца. Другими словами твой достаточно нежный и без сомнения важный орган надёжно защищён, а значит, тебе бояться нечего.

Почему я это рассказываю?

Зачем привожу здесь это пошлое сравнение, которое, по большому счёту, в приличном обществе и применить нельзя?

Есть веская причина.

И она даже не одна – таких причин можно выделить несколько.

Во-первых, любые устойчивые аллегории, принятые большим количеством людей, не возникают на пустом месте.

Во-вторых, стальные яйца действительно существуют.

В это поверить трудно.

Это противоречит всем нашим представлениям о строении человека.

Я и сам в это не верил никогда.

Да, и как поверить? – Даже если речь идёт не о человеке, а о киборге, то почему сталь и органика совмещена только в этом отдельном органе. – Если не о киборге, а о человеке – непонятно вообще ничего.

Но, как говорится – Понять нам дано не всё.

Появляется человек, такой же, как и мы с вами – ходит, живёт, разговаривает, а потом оказывается, что у него между ног два стальных яйца. – Прекрасный парень, который почти ничего не боится, но и достаточно скромный, раз немного стесняется своих необычных свойств.

Ему тяжело.                                                       

Он не такой, как все.

Ему трудно хранить свою маленькую тайну. 
                

Откуда её узнал я?

Случай.

Веление судьбы.

Стечение обстоятельств.

Трудная неделя, которая привела меня вечером пятницы в некую точку пространства-времени с неодолимым желанием напиться в хлам.

Там же в этой точке оказался и он со схожими желаниями.

Наши намерения совпали, а чуть позже открылось и некоторое родство душ.

Вслед за ним появилось доверие, разговор завязался, и мне открылось всё...

Параллельная реальность.

"Любому человеку необходимо закусывать...
Даже если у него денег нет..."

Немного мрачная история.

Вечером пятницы он возвращался с работы домой. Ноги сами несли его по давно проверенному маршруту – Малая Посадская улица – Каменноостровский проспект – подземный переход к станции метро. Он ничего не видел и не слышал вокруг и был почти полностью погружён в себя, шёл на автопилоте, позволяя своему телу двигаться самостоятельно. Мрачные мысли полностью захватили его не позволяя вернуться в окружающий его суровый мир.

- Как жить? – шептал он. – Зарплату опять задержали, денег занять не получается, в кармане два жетона метро и сорок три рубля.

До дома добраться хватит, мрачно размышлял он. – От метро можно и пешком. В понедельник на работу тоже доберусь – жетон останется, но что дальше. Как прожить два выходных? – Дома в холодильнике шаром покати, а на сорок три рубля ничего не купишь.

Хорошо хоть сигареты есть, на неделю хватит – недавно, пока ещё были деньги, купил целый блок – лучше бы и не покупал.

- Гады! – нервно вполголоса воскликнул он. – Утром сказали, что деньги будут, а к вечеру у них опять их не нашлось.

Купился, как мальчишка, продолжал свою мысль он.  – Петрович тоже хорош, бригадир называется – «Не переживай, говорит, сегодня точно будут, был в бухгалтерии, сказали деньги планируются». – Хитрый придурок. Выпить, наверное, захотелось, вот и соврал. Помнит, что я ему литр водки должен. И я, как идиот в обед побежал в магазин и на последние деньги её купил – приготовился к вечеру…. Хорошо, что Петрович не видел. – Хрен ему теперь, а не бутылка…. – Когда деньги заплатят, тогда и отдам….

- Или…,- прошептал он, обращаясь к себе. – Выпью её, к чертям…. И будь, что будет. – Настроение такое – хоть в петлю. – Хочется сдохнуть прямо сейчас! – непроизвольно выкрикнул он, возможно, громче, чем следовало. Сам вздрогнул от своего выкрика, вернулся в реальность и поймал на себе пытливый хитрый взгляд старушки, проходящей мимо.

- Нельзя говорить такие вещи милок. Ты ещё молодой – тебе ещё жить и жить. Потерпи, любые проблемы решатся и…

- Да откуда вы можете знать? – возразил он, перебивая её. – Тошно жить! Устал я от проблем! Сдохнуть самое время!  

- Как скажешь милок, тебе видней,- ответила она, прекращая разговор.

Ещё раз внимательно взглянула на него…. На мгновение её глаза вспыхнули красным, заставив его зажмурится…. Развернулась и пошла от него по своим делам.

- Закусывать не забывай,- на ходу крикнула она ему через плечо,- в переходе пирожки вкусные, сама пеку….

- Спасибо,- машинально ответил он, подумав – «какие к чёрту пирожки, если денег нет», и огляделся вокруг.

Старый архив.

Приходит день и возникает желание погрузиться в прошлое.

Так и тянет сделать несколько решительных шагов назад и открыть свой старый архив.

Практического смысла в этом нет. Мы с годами меняемся. Начинаем мыслить иначе, меняем пристрастия и интересы, обрастаем привычками. То, что было много лет назад уже не вызывает сильных эмоций - только любопытство и формальный интерес.

Некоторые мысли прошлого кажутся глупыми, другие - наполненными смыслом, третьи - пустыми и неуместными, четвёртые - наивными и смешными, пятые...

Хотя, если быть честным перед собой и вспомнить, как всё было когда-то - окажется, что даже и не пытался придать тем давним мыслям какое-то специальное значение... Просто жил и пробовал фиксировать на бумаге свои переменчивые эмоции.

Записей скопилось много и большая часть из них в стихах.

Когда-то я верил в силу рифмованных слов.

В те времена мне казалось, что в некоторых их сочетаниях слышится волшебная музыка.

Сегодня я знаю, что не ошибался, но интересуюсь уже другим.

Как путник в пурге.

Это короткий фрагмент, случайный отрывок моей повести "Отражение"
***
"... Она услышала смех, но сделала вид, что он её не касается.

— Я как путник, потерявшийся в зимней пурге — добавила она. — Как тот человек за окном.

Андрей выглянул в окно. Там и правда, шёл человек, почти сгибаясь пополам, спотыкаясь на каждом шагу. Он с трудом добрался до фонарного столба и попытался ухватиться за него, делая своё положение более устойчивым.

К окну подтянулся и Дмитрий.

— Похоже, ещё один «несгибаемый» человек! Особенно если учесть, что не такая уж там и пурга! — сказал он.

Человек тем временем смог развернуться — это ему удалось с огромным трудом. Он прислонился к столбу спиной и, упираясь ногами в рыхлый снег, освободил свои руки. Теперь ничто, кроме любопытных глаз, не могло помешать ему, сделать то, что он задумал.

Однажды в электричке.

Всё произошло летом в будний день в электричке. Можно считать, что летом этого года, хотя, если разобраться - это могло быть лето любого года и даже, возможно, осень или весна...

Так вот...

Поезд без малейшего опоздания подошёл к платформе, и мы с друзьями вошли в вагон. Свободные места были, но нас ехало трое, хотелось ехать сидя и рядом, и один такой вариант нам подарила судьба. — На трёхместных сиденьях друг напротив друга расположились две женщины средних лет, но из оставшихся четырёх мест свободными оказались только два, ещё два занимали те же женщины, поставив на них свои сумки. Мы подошли, но женщины даже не обратили на нас внимания. Мы спросили, свободны ли места рядом с ними и получили в ответ молчаливый недовольный взгляд. Мы сели, и женщины нехотя сдвинули свои сумки, освободив по половинке сидения.

Вышло так, что я оказался с краю у прохода на половинчатом месте. Чтобы не свалиться с сиденья, я чуть развернулся и выставил ногу в проход, но женщину, чья сумка стояла удобно у окна, это, похоже, не волновало — она разговаривала о чём-то с соседкой напротив и вязала свои носки. Можно было с ней поспорить, попросить убрать сумку с сиденья, поскольку на свою сумку она наверняка не брала билет и, соответственно, эта сумка должна была ехать либо на багажной полке, либо на коленях женщины, но ехать было недалеко, ругаться не хотелось и женщину, при желании, можно было понять. — Она вязала носки, сумка, в которой, по всей видимости, лежали клубки с шерстью, ей была нужна рядом, а на колени её поставить было нельзя — могло помяться платье.

Бог с ней, подумал я, доеду как-нибудь, потерплю, ничего страшного. Уселся на своём обрезанном месте максимально устойчиво, закрыл глаза, отвлёкся от всего и попытался уснуть.

Но поспать мне не дали. — Через некоторое время я почувствовал, как что-то упирается в мой ботинок на выставленной ноге. Я открыл глаза и увидел картину — Бабушка с тележкой пыталась пройти мимо меня. Это у неё почти получилось — мимо меня проехало всё, кроме левого колеса её тележки — им-то она и упиралась в мою ногу, пытаясь перекатить его через мой ботинок. Тележка была тяжёлая, а сил у неё было маловато и она, откатив немного тележку назад, попыталась с разгону переехать опять, но снова не рассчитала силы и получила тот же результат. Откатила тележку ещё дальше и….

Нужная остановка.

Он стоял на перроне, мысли неслись в его голове — быстрые пока — молниеносные мысли, а поезд манил распахнутыми дверями в своё жадное до пассажиров нутро и говорил милым женским голосом:

— Осторожно двери закрываются, следующая станция ….

Не дождавшись окончания этой фразы, он запрыгнул в вагон…. Двери за ним тут же захлопнулись, отсекая любые возможные пути к отступлению. Он бросил последний взгляд на перрон сквозь стекла дверей и прошёл в салон вагона. Свободных мест оказалось достаточно. Он выбрал одно из них. Бросил маленькую дорожную сумку на среднее свободное место, а сам уселся рядом в кресло у окна, показавшееся ему достаточно удобным. Назойливых попутчиков рядом не оказалось, и это был первый хороший знак…, даст Бог не последний, подумал он.

За огромным панорамным окном вагона стремительно пронеслись рабочие кварталы. За ними промелькнули новостройки окраин, а спустя короткий промежуток времени поезд вырывался из каменных лабиринтов города и понёсся серо-красной стрелой сквозь пустынные пространства покрытые снегом.

Скорость постоянно росла — табло показывало уже 95 км в час, но это, как он знал, для такого поезда был совсем не предел — 96…98…100 — ускорение прекратилось, видимо, больше не требовалось. Он тоже не особенно спешил. Просто ехал себе и ехал всё дальше и дальше от привычного образа жизни и успокаивался.

Сам виноват, размышлял он. — Несколько глупых поступков в течение последних пяти лет, сделали ситуацию почти безнадёжной. — Сначала серьёзная ошибка привела к потере постоянной работы и лишила стабильного и очень даже приличного заработка. А потом…. — надежда, что всё можно исправить, что специалисты такого уровня, как он, не могут быть не востребованы, привела к бессмысленным поискам равнозначной работы, потере времени и сил и потере всех накопленных ранее сбережений. Дальше начались невыплаты по ипотеке — были взяты новые кредиты — появились огромные долги. Женщина, которая считалась любящей женой — бросила, как только догадалась, что вылезти из долговой ямы будет трудно. И как закономерный итог, размышлял он, я оказался здесь в этом поезде. Еду, толком не зная куда, смутно представляя зачем.

Вернее знать-то я знаю — работа, командировка, вахтовый метод. — Ничего нового, обычное дело, то, что когда-то я мог делать очень хорошо…. Но….

Его плавные мысли, оборвались, перепрыгнули вслед за воображением в сторону, и он задумался о другом — о превратностях судьбы и отсутствии выбора. О странном парадоксе, когда делаешь шаг назад, но всё равно неизбежно движешься вперёд — со скоростью — он посмотрел на табло, возвращаясь к реальности — уже 120 километров в час. — Хорошо разогнался. — Конечная точка маршрута приближалась быстрее, чем он хотел.

Он снова посмотрел в окно — поезд проходил под мостом кольцевой автодороги. Под одним из пролётов моста он увидел две легковые машины стоящие, упираясь носами, друг в друга. — Словно бандиты из 90-х приехали на стрелку, но людей видно не было, а значит, воображение опять несёт не туда — просто рабочие поставили так свои авто пока сами где-то занимаются делом.

Дом с башней

"... Они выкатили из магазина продуктовую тележку, наполненную до краёв. Упаковка с пивом в неё не влезла, и её пришлось нести в руках. Охранник на входе тут же метнулся к ним.

- Всё нормально командир,- сказал ему Ворон. Достал из тележки бутылку пива и отдал ему.

Охранник неуловимым движением спрятал её под свою бесформенную куртку.

- А с телегой что? – Куда вы собрались её катить? – поинтересовался он.

- Здесь недалеко, дворами метров триста-четыреста. Видишь дом с башней – нам туда,- сказал Ворон, указав рукой направление.

- Это не положено! Телеги дальше парковки увозить нельзя!

- Завтра вернём, ты же меня знаешь…. Как нам всё это без телеги донести? Сам видишь, сколько тут всего даже упаковка пива не влезла…, - пытался объяснить Ворон.

- Не положено! – повторил охранник. – Здесь кругом видеокамеры. Не досчитаются телеги, сразу вычислят, что я вас с ней отпустил, а я не собираюсь за неё платить!

- Сколько? – спросил Марк.

- Много! – Семь пятьсот по себестоимости!

- Две! – предложил Марк.

- Четыре! – дал встречное предложение охранник.

- Две пятьсот, последнее слово! – предложил Ворон.

- Чёрт с тобой, давай! – согласился охранник.

- Карты принимаете?

- Что…?!

- Это шутка, я заплачу, не нервничай,- сказал Марк, достал деньги и незаметно передал их охраннику.

- Теперь слушайте сюда,- ответил тот. 

Книга "Хрустальный свет" ; ещё кое что. (фрагмент)

«…Поднялся ветер.

Мы посмотрели на небо и увидели, как огромная чёрная туча наползает на солнце. За оградой базы, в старом парке, кроны деревьев закачались, оживив серые тени на нашем дворе. Ветер усилился, завыл, пробиваясь сквозь ветви деревьев; они в ответ тревожно зашелестели листвой. По двору базы, закручиваясь в песчаные спирали, побежали маленькие торнадо. Стал накрапывать дождь.

— Наверное, будет гроза, — сказал Иван Трофимович. — Нужно уходить отсюда. Пойдёмте, ребята, чаю выпьем.

Он, а за ним и Сашка нырнули в ближайшую дверь, ведущую вглубь помещения. Я же, на мгновение задержался.

 Мне послышалось, что где-то в глубине парка, за воем ветра и шелестом листвы, кто-то смеётся.

— Кхе… хе… хе, — услышал я странный каркающий смех.

 Ещё минуту, забыв, что мокну под дождём, я напряжённо вслушивался, но смех больше не повторился. «Показалось?» — засомневался я, зная, что никто не поможет мне ответить на этот вопрос.

Я стоял под дождём, но это было уже неважно, я чувствовал, как что-то странное происходит со мной. Появился страх — неконтролируемый, не поддающийся определению, готовый в любой момент превратиться в ужас.

Мой последний разговор с отцом, вспомнил я, странный разговор с тренером…. Только сейчас до меня, наконец, дошло, что люди, которым я всегда доверял, недвусмысленно дали понять, что я помню то, что им неизвестно. Что же тогда получается? Как работает моя память? Что же тогда помню и чувствую я? Ведь не могут же мой отец и тренер ошибаться или лгать по одному и тому же вопросу, почти в одно и то же время, не сговариваясь между собой. Сговориться они не могли — они даже не были знакомы. Выходило, что ошибаюсь и лгу сам себе именно я.

Вспомнилась Даша — это не вызвало ни трепета, ни отвращения. Я снова вспомнил, как она, неожиданно для меня, стала другой. Но ведь так не бывает, думал я. Человек не может меняться мгновенно — для любых изменений требуется время. Его не было, и выходит, что и здесь ошибался я.

Вспомнилась девушка Кристина из далёких Карпатских гор, её теория. Как я мог забыть? Ведь то, что она рассказывала, объясняет всё:

От переполнявших меня эмоций сознание исказилось, и я мог видеть то, что окружало меня, — другим. Мой собственный мир под воздействием сильных чувств раскололся, и я, провалившись в трещину между мирами, оказался в месте, ранее недоступном мне. Там была Даша, которую я был способен любить. Там был возможен хрустальный свет. Там был портал, наполненный этим светом. Близкие люди в том месте могли видеть и чувствовать так же, как я.

Я огляделся.

Ветер ревел, а я смотрел за ограду парка — туда, где под качающимися ветвями, в глубокой тени, скрывалась великая тайна.

Мне снова послышался смех — смех пожилой женщины в цветастом блёклом платке, странной старухи из моих кошмаров. Я знал, что она там — за оградой, в тени, скрывается, играя со мной, ждёт новой встречи. Я был к этому готов — я почти потерял себя.

Требовалось немного — пройти через арку ворот, оставаясь при этом достаточно безумным.

Я сделал шаг, и как по команде моросящий дождь превратился в ливень. Косые струи ударили мне в лицо, сверкнула молния, раскат грома заставил меня остановиться, а моё безумие, словно испугавшись страшного грохота, отступило.

Я мгновенно промок до нитки.

Искажённое сознание выправилось, вернув меня в исходное состояние. Трещина между мирами закрылась, и я снова стал самим собой.

— Куда идти? Всё обман, — прошептал я себе. — Там ничего нет, как ничего и не было. Ни старухи в цветастом платке, ни искрящегося хрустального света…. Всё, что я видел и чувствовал, — ложь, игра моего воображения, способ уйти от себя. Я ведь и Дашу по-настоящему не знал — безумец, создал для себя идеал, ослеп от любви к девушке, которой не существовало. Почти пять лет прошло, а всё не забыть — даже сейчас, когда…. Всё ещё не могу…

Я не пошёл в старый парк.

Там, за его оградой, осталось моё прошлое, а я больше не хотел встречаться с ним — в нём не осталось для меня ничего ценного. Там я двигался по жизни, не осознавая себя. Хотелось забыть эти годы как можно скорей — в них, как мне в тот момент казалось, не было ничего, кроме тоски и одиночества.

Я повернул в другую сторону.

Туда, где мой друг с Иваном Трофимовичем заваривали чай. Туда, где реальность была настолько плотной, что не оставляя места иллюзиям….»

***
Вы прочли небольшой отрывок книги - не начало и не конец этой истории - просто очередная развилка на пути главного героя.
А сама книга  "ХРУСТАЛЬНЫЙ СВЕТ" здесь.

Читайте с удовольствием!!!